|
Охрана любого рядового объекта - это частная задача общей проблемы безопасности. В 1995-1996 годы с большим трудом удавалось убеждать собственников, что безопасность это не только (и даже не в первую очередь!) моя задача. И ее надо рассматривать как комплекс самых различных мер, на первый взгляд порой совершенно отвлеченных от существа дела. Берем какой-нибудь объект, встречаемся с директором или собственником, а он, оказывается, за нас уже все определил: «Вот здесь поставим охранника, вот стул, телефон...» И после этого устранился. Охраняйте и защищайте, это ваша задача. Но, во-первых, зачем ему мы, если он уже все решил? И, во-вторых, безопасность - это не только охранник у входа, это и многое другое.
***
...То же самое в нашей стране: если кто-то считает, что наша безопасность - это задача только милиции, или спецслужб, то они глубоко ошибаются. Прежде всего - это задача руководства страны. Великую княжну, последнюю из дома Романовых, корреспондент телевидения спросил: «Почему в России не идут реформы?» Мудрая женщина ответила: «Потому, что вы доверяете осушать болота лягушкам».
***
...Работая над концепцией «Безопасный город», я на многие вещи стал по-другому смотреть. И понимаю, что городу, муниципальным образованиям крайне необходим Закон «О муниципальной милиции». Чтобы милиция работала эффективно, надо контролировать ее деятельность, иметь какие-то параметры, оценивающие эту деятельность, и понимать: сколько сотрудников вышли на улицу, а сколько - сидят в кабинетах, и чем они все занимаются, что еще необходимо сделать для улучшения условий их деятельности и получения лучших конечных результатов. Когда появится муниципальная милиция, то все встанет на свои места: муниципалитет платит милиции, контролирует ее, несет ответственность перед населением за ее действия (или бездействие)... Вот тогда контролирующим органом будет народ. Охрана общественного порядка должна быть полностью муниципальной. Понятно, что розыск, уголовные преступления, коррупция, контроль над административными органами и многое другое - это все федеральные функции. Но охрана общественного порядка - это компетенция местной администрации. Разговоры о необходимости его принятия идут уже не первый год, но, насколько мне известно, дальше этого дело так и не продвинулось, и перспектив у закона «О муниципальной милиции» на ближайшее будущее нет. Тем не менее, я остаюсь его сторонником и надеюсь, что рано или поздно он все-таки будет принят.
***
...Исследование Высшей школы экономики предложенной мною (в 2002-2004 годах) «Концепции современной безопасности» показало, что последствия ее внедрения для города, региона очень позитивны. Назову лишь некоторые из них: увеличение продолжительности жизни от рождения - на полтора года; инвестиционная привлекательность региона возрастает на 16 позиций; удорожание недвижимости - на 9% (а это значит, что и бизнес дорожает); повышение качества жизни - на 15 позиций. Иными словами, программа дает значительный социально-экономический эффект, который, на первый взгляд, имеет к безопасности как таковой весьма опосредованное отношение. Но это только на первый взгляд. Есть ясное понимание того, ради чего создается эта программа, ради чего вкладываются миллиарды, что получается в результате. Только за счет сокращения имущественных преступлений в течение полутора лет эти деньги вернутся назад. И получит их население в свои карманы в виде сохраненного имущества и здоровья.
***
...Власти в нас, частных охранных структурах, видят почему-то угрозу, не доверяют нам. О чем хотя бы говорит тот факт, что в начале 2008 года попытались провести новый закон об охранном бизнесе, разработанный в недрах МВД, без какого-либо обсуждения с охранным сообществом. Его родили за 2-3 месяца в абсолютной, строжайшей тайне и выскочил он, как черт из табакерки. (Это притом, что предыдущий проект, который разрабатывался с участием охранного сообщества, 6 лет «болтался» в Госдуме, но так и не был принят!) Никого не поставили в известность и вынесли новый проект на последнее пленарное заседание Думы. Поднялся шум. И справедливо. Ведь в этом законе заинтересованы три стороны: государство в лице правоохранительной системы, охранный бизнес и организации, предприятия, учреждения и конкретные люди, то есть те, кто является потребителем услуг негосударственных предприятий безопасности. И все три стороны имеют равное право на участие в разработке документа, который, по существу, определяет, по каким правилам жить дальше. Впоследствии эту ошибку исправили (поправки, учитывающие интересы охранного сообщества были приняты к рассмотрению), но, как говорят, осадок остался... А причина, на мой взгляд, в следующем. Понимания того, что такое охранный бизнес, сегодня у власти и у силовых структур нет. Нет понимания, что внутри охранного бизнеса уже произошло жесткое разделение на «наших» и «не наших», и с одной стороны баррикад одни предприятия, с другой стороны - другие. А государство в этом разобраться даже не хочет, чешет всех под одну гребенку! А мне бы хотелось, чтобы разобралось. И без заведомой предвзятости.
***
...Самый видеооснащенный и самый безопасный из всех мегаполисов мира - Лондон. Там каждый среднестатистический житель, идя на работу, попадает под «прицел» не менее 300 камер слежения. А что мешает нам установить систему видеонаблюдения в Перми и сделать наш город по уровню безопасности равным Лондону? Но идут годы, проходит время, а воз, по большому счету, и ныне там.
Если брать общественную безопасность в России в аспекте видеонаблюдения, то она, на мой взгляд, должна выстраиваться следующим образом: государство ставит камеры на улицах и перекрестках, а вот дальнейшее - уже за охранным бизнесом. На все у государства не хватит ресурсов, это слишком большие деньги. Кроме того возникают и чисто юридические нюансы: для того, чтобы установить камеру, например, в подъезде, нужно согласие жильцов. Это уже договорные отношения, и практика показывает, что частник в этом плане значительно расторопнее.
...Безусловно, эксцессы с несанкционированным использованием информации возможны, но это цена за спокойную жизнь в городе. Другого пути все равно нет. Если не нравится жить в таких условиях, что ж, езжай в тайгу.
Есть задачи, которые государство никогда не сможет решить, а мы - сможем, например обеспечение безопасности дворов. Москва это уже делает, но, на мой взгляд, там больше лукавства, чем реальной эффективности. Во всяком случае, снижение преступности в Москве в 2007 году вряд ли было связано с использованием видеокамер. Между прочим, в Перми за этот же период и без камер произошло аналогичное снижение преступности. То есть в 1990-х годах по всей России был подъем, сейчас идет спад преступности. Повторюсь, по всей России. Это абсолютно естественный процесс. Поколение 1980-1990-х годов (когда преступность расцвела пышным цветом и многие оказались по ту сторону закона) подросло. Некоторые - «сели», другие - поумнели. Следующее за ними поколение росло и воспитывалось уже в более законопослушном обществе, и сейчас, пока общество «выздоравливает», будет идти естественный процесс снижения преступности. Правда, вполне возможно, что в условиях разразившегося сегодня кризиса болезнь снова обострится. Со всеми вытекающими отсюда последствиями...
***
...Мы создали сильный инженерный мозг, который может решать сложные задачи. Соответственно наши возможности резко возросли. И теперь я с полным основанием могу сказать, что «Цербер» - это не только и не столько охранное предприятие, сколько предприятие, чья деятельность охватывает всю сферу безопасности, в том числе и городской среды. Например, мы провели диспетчеризацию лифтового хозяйства одного из городов Пермского края (88 лифтов) и выполнили заказ качественно. Вот он - инжиниринговый процесс, вот то, чего мы добивались. Это очень важно для меня на сегодня.
***
...Постепенно все общество переходит на букву закона. Хотя медленнее, чем хотелось бы. Что касается охранного бизнеса, то те, кто когда-то был замечен в криминале, активно открещиваются от этого. Если вспоминать 1990-е годы, то тогда было довольно четкое разделение «свои - чужие», и в среде охранных фирм отношения складывались отнюдь не безоблачные. Но в то время все государство было в серьезнейшем раздрае, силовые структуры в особенности. Многие потеряли ориентиры. Далеко не всегда было понятно: с кем и против кого воюет государство.
По существу страна была в хаосе. Каждая охранная фирма выживала так, как умела. Множество структур создавалось неправедными методами: вспомните ваучеризацию, когда много разного имущества - от маленьких торговых точек до крупнейших заводов - ушло из-под государства и оказалось, мягко говоря, под контролем нечистоплотных людей. Охранной фирме приходилось выбирать: либо рынок честных предпринимателей (нищий и очень маленький), либо... Слишком много и многие были вовлечены в теневой оборот. Банки тогда охранялись только вневедомственной охраной, крупные объекты, как правило, своей собственной, поэтому основным заказчиком частных охранных фирм была торговля, частично - офисы. И что скрывать: почти все они, за редким исключением, были вынуждены пользоваться бандитскими группировками, «крышами», они были не прозрачными, полупрозрачными или откровенно теневыми. Повторюсь, выбор у охранного бизнеса был очень ограниченный: либо идти вслед за рынком, в эти самые бандитские «разборки», и самим становиться «крышами», либо сражаться за очень удаленное и непонятное будущее, которого могло и не быть.
Знаю, очень немногие фирмы в то время выбрали правовой метод развития. «Цербер» тоже получал очень «лестные» предложения от структур, близких к криминалу (сегодня они всеми силами открещиваются от своего прошлого). Заманчивые предложения звучали: вот вам целые сети, вот вам большое количество объектов, давайте с вами дружить, давайте с вами работать. Устоять было трудно, тем более что у нас было мало объектов, мало заказов. Но благодаря именно инновационной составляющей, тому, что поставили пульт, мы удержались. И таких фирм, которые «удержались», совсем немного было в то время.
***
...Сегодня ГП «Цербер» знают, наверное, от Камчатки до Калининграда. «Цербер» является одним из учредителей крупнейшего сообщества охранного бизнеса - Координационного центра руководителей охранно-сыскных структур (находится в Москве, руководитель И. А. Голощапов), в котором активно участвуют 46 регионов. Как охранное предприятие, мы заработали себе безупречную репутацию, интерес к нам высок. Если говорить о технологичности, то, наверное, «Цербер» в первой десятке охранных предприятий страны.
Мы работаем в Перми, Краснокамске, Добрянке, начинаем работать в Ульяновске. В планах выйти на рынок еще восьми городов. Если в 2001 году в «Цербере» работало около 120 человек, а на охране стояло порядка 200 объектов, то сегодня число охраняемых объектов более 2000, а работающих - около 700.
Оглядываясь назад и анализируя пройденный путь, могу сказать, что как предприятие мы достигли значительных результатов, но вот если взять нашу отрасль - частный охранный бизнес в целом, то окажется, что сделано очень немного.
Охранник не стал полноправным членом профессионального сообщества профессий в масштабе страны. Наши предприятия (точнее, их собственники) не владеют заводами по производству систем и технологий безопасности. В целом отрасль недооценивает значение передовых разработок и технологий, а потому чрезвычайно мало средств вкладывается в собственные разработки и «ноу-хау». Как следствие - большая зависимость от иностранных производителей техники и технологий, а, значит, крайне низкий уровень конкурентоспособности с иностранными компаниями в случае их прихода на наш рынок.
А главное - государство так и не признало нас равноправным игроком на рынке безопасности. Это станет состоявшимся фактом только после включения негосударственных предприятий безопасности в систему национальной безопасности страны.
...Меня донимает вопрос: «Кто мы государству? Враги или... Кто?» Ощущение, что враги в полном понимании этого слова, - не складывается. К счастью. Но и партнерами, а тем более - друзьями, тоже быть как-то не очень получается. Почти каждый из нас, сегодняшних руководителей и собственников, отдали часть своей жизни на службе Родине. Большой и мудрой, как тогда казалось. Любимой тогда и сейчас.
Что изменилось? Кому мы служим? Значительная часть из нас, по-прежнему, - служат. И наша ответственность теперь стала еще более зримой и понятной. После каждой ошибки к нам приходит наша Родина в виде нашего клиента с его законными, охраняемыми государством, правами. И если я честно и добросовестно защищаю законные права гражданина моей страны, то кому я служу? И сколько нас, таких же щепетильных в выборе партнеров, клиентов, методов и средств? Я знаю, что много. Уже большинство.
Так вот, на мой взгляд, обязанность государства - сплотить вокруг себя здоровую часть нашего бизнеса, обеспечив допуск к дешевым кредитным и иным ресурсам, поддержать при выходе на иностранные рынки. Тем самым побудить весь рынок НПБ к более активному развитию и взаимодействию с властью. Требования государства к партнерству должны быть четко озвучены и опубликованы.
Двери на пути к партнерству, безусловно, должны быть открыты для всех, кто неукоснительно соблюдает эти требования.
|
